Как быть с долгами за квартиру ребенка сироты?

Выпускники детских домов получают в наследство от лишенных прав или умерших родителей их неоплаченные долги. От наследства можно отказаться – но часто это единственное жилье, а о долге человек узнает только после того, как все его счета заблокируют.

Есть ли у сирот выход и что говорит закон, выясняла корреспондент Настоящего Времени

Когда в 2018 году выпускнику оленегорского детдома Александру Смирницкому исполнилось 20 лет, он пошел менять паспорт. На тот момент Александр уже жил в полученной от государства “однушке” (по закону выпускников детских домов после 18-летия обеспечивают жильем).

Сотрудница паспортного стола предложила молодому человеку проверить, не числятся ли за ним долги. Александр согласился, будучи уверен, что их нет.

Но его ждал сюрприз: оказалось, что он обязан выплатить одной из управляющих компаний Мурманска 84 тысячи рублей (около $1300) – но не за ту квартиру, где он живет, а за ту, в которой ни разу не был.

“Я до сих пор не знаю даже, сколько в ней комнат, – говорит Смирницкий. – Это квартира моего отца, в которой наша семья никогда не жила. Когда мы были еще вместе, родители, я и мои двое братьев жили в коммуналке”.

В своих воспоминаниях о родителях Александр очень сдержан. Говорит, что отец-военный “не был любящим”, мог ударить и сильно запил, после того, как его уволили со службы.

Мама вышла на работу, но тоже стала пить. Дети – трое братьев-погодок – часто оставались дома одни. В детский дом опека определила их, когда старшему Саше было шесть лет.

Мама пыталась восстановить родительские права, но безуспешно.

“Родители были у нас один или два раза, говорили, что заберут домой, – вспоминает выпускник детдома. – Но где-то через год после того, как нас изъяли, мама умерла от “паленки”.

Наверное, ей было тяжело, – не знаю. Нас с братьями раскидали по разным детским домам, хотя сейчас я уже знаю, что это нарушение закона.

Отца мы с тех пор не видели и по-прежнему не общаемся – поэтому узнать, откуда на мне долг, я тоже не смог”.

Александр Смирницкий

Судебные приставы попытались арестовать счет, на который Саша после смерти матери получал пенсию по потере кормильца.

“Это обычная практика, – говорит Александр Гезалов, директор социального Центра Святителя Тихона при Донском монастыре и специалист по проблемам сиротства. – Выплаты по потере кормильца несколько лет копятся на карте у ребенка, а потом приставы списывают их в счет долга, о котором сирота и знать не знал”.

Растерянный Александр тогда обратился в общественную организацию “Заполярье без сирот”. Наставники и юристы больше года отстаивали Смирницкого в суде: особенно много времени пришлось потратить на сбор справок. В итоге судебный приказ о взыскании долга удалось отменить.

Долг в наследство: что говорит закон

Согласно Гражданскому кодексу России, долги умершего переходят по наследству вместе с его имуществом. При этом размер долга не может превышать стоимость имущества: но если квартира стоит 1 млн рублей, а долг – 500 тысяч, его придется заплатить.

От наследства можно отказаться – но только полностью от всего. Таким образом, если человеку перешла в наследство квартира или дом и другого жилья у него нет – задолженность по ЖКХ или невыплаченные кредиты умершего он получит тоже.

Лишение родительских прав не означает лишение наследства, говорит Семейный кодекс: имущественные права и даже право на пользование жилым помещением (если квартира не приватизирована) ребенок сохраняет.

Еще один нюанс касается такого пункта в законе, как “фактическое принятие наследства”.

Даже если человек не ходил к нотариусу и не подавал заявление о признании его наследником, он вступает в него “фактически” – если, например, починит забор в развалившемся родительском доме, оплатит пришедшую по почте долговую квитанцию.

Или останется жить в доме умершего хотя бы на несколько дней после его смерти (прописываться при этом не обязательно). Чтобы после “фактического вступления” доказать, что наследство человеку не нужно и он его не принимал, ему придется идти в суд.

Случается и так, что в суд идет не наследник, а кредитор: банк или управляющая компания, которой остался должен умерший.

Существует разъяснение Верховного суда, согласно которому суд должен сначала выяснить, принято ли наследство, а потом уже делать “наследника по закону” – ближайшего родственника – ответчиком по долгам.

На практике же суды игнорируют это разъяснение и просто “назначают” новым заемщиком и должником родственника умершего. И тогда уже ему приходится судиться, доказывая, что он не вступал в наследство.

Единственное жилье и долги в придачу

Чаще всего выпускникам детских домов достаются в “наследство” либо долги по ЖКХ, либо кредиты родителей, говорит Антон Рубин, директор общественной организации “Домик детства” из Самары.

Детские дома судебными задолженностями своих воспитанников не интересуются и не сопровождают их после совершеннолетия. Сирота остается один на один с проблемами, узнает о долгах случайно.

И хорошо, если ему хватает жизненного опыта обратиться за помощью:

“И с коммунальными службами, и с банками приходится договариваться в индивидуальном порядке, подключая депутатов и СМИ, – рассказывает Антон.

– Порой бывает так: с поставщиком газа мы сумеем договориться об остановке начислений, а с поставщиком воды – нет. Все исключительно зависит от воли человека на конкретном месте.

В хорошем настроении человек – значит, спишут долги. В плохом настроении – не спишут. Никакой обязанности делать это у них нет”.

Юлия Ожигова из Самары в детском доме не была, но с 13 лет жила фактически самостоятельно: “Мама занималась своей личной жизнью, а за мной присматривала бабушка, – рассказывает Юлия.

– Когда в 26 лет я была беременна третьим ребенком, вернулась к матери в квартиру, надо было где-то жить. За неприватизированное жилье уже тогда был долг в 175 тысяч, счетчиков в квартире не было – суммы начислялись по общему нормативу.

Через три месяца мать умерла от отравления этанолом, долги перешли ко мне”.

Долг матери за квартиру Ожигова пытается погасить в рассрочку – судебные приставы пошли ей навстречу, разделив сумму. Накопилось уже почти полмиллиона рублей.

Юлия Ожигова

Еще одной жительнице Самары, Елене Подбегаевой, и ее сестре-двойняшке родительский долг за “коммуналку” в 100 тысяч рублей достался после окончания техникума, где девушки после интерната отучились на поваров-кондитеров.

“Позвонила работник нашего интерната и предупредила, что через пару дней можно въезжать в “двушку”, которая осталась нам от матери, – вспоминает Елена. – До нас там жила квартирантка, она-то и сказала нам, что за жильем числятся долги. Хотя как она сама там жила, я тоже не представляю: оборванные обои, сломанная сантехника, пробитый пол. Пришлось делать ремонт”.

Подбегаевых забрали в детский дом, когда им было всего три месяца: мать сбежала и оставила младенцев одних в квартире, а отец с туберкулезом лежал в больнице. Сейчас сестрам Елене и Дарье по 30 лет.

У Елены есть двое сыновей, их отец с ними не живет и не помогает материально. Работает только Дарья, ее зарплата – 20 тысяч рублей.

Счет Елены арестован за задолженность по “коммуналке” – накопилось уже 180 тысяч.

“Въехав в квартиру, мы пытались погасить долг, – объясняет она. – Один раз, помню, три тысячи заплатили, другой – десять. Но сумма в квитанциях не уменьшалась, и мы перестали платить…”

Елена Подбегаева с сыном

“Двойное потребление” и бытовая беспомощность

Антон Рубин говорит, что проблему наследственной задолженности по “коммуналке” можно если не решить, то хотя бы уменьшить, прекратив так называемое двойное потребление. Сейчас за прописанного в квартире ребенка коммунальные платежи продолжают начисляться, даже если он сам уже в детдоме.

“Забрали ребенка в детский дом – остановите начисления по ЖКХ, – призывает Рубин. – Дети и так живут в госучреждении, где за них платят: за воду, электроэнергию и прочее. Получается двойное потребление, искусственно созданное и несправедливое, заложниками которого сироты и становятся, выходя из детских домов”.

“Несовершеннолетние также превращаются в должников – взыскать долги пытаются и с них, – продолжает Антон.

– Человек умер, а его долги “вешают” на ближайших родственников – такое, увы, практикуется сплошь и рядом.

Через суд назначают наследника, истцом выступают кредиторы, а дети узнают об этом из решения суда или производства по взысканию задолженности от судебных приставов. Но кредиторов это не волнует”.

Чтобы эффективно судиться, выпускнику нужен юрист, а также понимание того, что если за квартиру не платить, долг будет продолжать расти. Это кажется очевидным “домашнему” человеку, но выпускнику детдома это знание взять неоткуда. Так к унаследованному долгу часто прибавляется собственный.

“Обыкновенным бытовым навыкам их в детских домах не обучали, – объясняет Рубин.

– Инфантилизм и иждивенчество – вот что система долгие годы в них воспитывала, и избавиться от этого, просто покинув детдом, невозможно.

Они не умеют зарабатывать, не умеют тратить, не знают, как и куда нужно платить, не понимают меру своей ответственности. И все это, как снежный ком, увеличивается и несется прямо на них”.

Популярные сейчас проекты по социализации и финансовой грамотности выпускников детдомов эту проблему тоже не решают, приходит к неутешительному выводу Рубин.

Не получается за два, три, пять занятий дать знания, которые в семье прививаются годами: “В семьях ведь детей не сажают в кружок и не рассказывают, что такое коммунальные платежи и сметы.

Дети в течение жизни наблюдают за моделью семьи, разными социальными ролями, обязанностями ее членов: ходить на работу, следить за чистотой – и платить за квартиру в том числе”.

Многое зависит от региона, конкретного детского дома и его воспитателей. “Россия вообще очень разная в этом плане, – объясняет Антон. – Московский детский дом сильно отличается от детского дома в Самарской области. В столичных могут быть тренировочные квартиры, куда дети ходят жить, а также группы семейного типа, где детей немного и воспитатель успевает со всеми общаться”.

“Оборвал связь от обиды и отчаяния”

В 2017 году волонтеры благотворительного фонда “Материнское сердце” пытались добиться, чтобы коммунальщики Петрозаводска списали с 19-летнего Дмитрия Власова накопившиеся пени – неустойку за невыплаченные вовремя коммунальные платежи.

Дима – выпускник петрозаводского детского дома № 2, его мама умерла, когда ему было 14 лет.

Юноша планировал после выпуска перебраться в положенную ему по наследству комнату в полублагоустроенном доме, но оказалось, что на нем “висит” долг за “коммуналку” – 117 тысяч рублей.

В детском доме о долгах за комнату Димы не знали. А когда узнал он сам, учреждение уже закрылось, а на его базе сформировался Центр помощи детям “Надежда”.

“К ситуации подключился Геннадий Сараев, уполномоченный по правам ребенка в Карелии, – рассказывает волонтер фонда “Материнское сердце” Татьяна Смирнова. – Обещали разобраться. Руководство бывшего детского дома уверяло, что ответственность за имущество Димы перенял отдел попечительства администрации Петрозаводска”.

Дмитрий Власов

В итоге часть долга за комнату списали, но Диме – студенту лесотехнического техникума – все же предстояло заплатить 70 тысяч рублей.

Волонтеры тогда попытались организовать для него сбор денег, но в итоге набралось лишь две с небольшим тысячи рублей. В “Материнском сердце” говорят, что Власов планировал судиться с бывшим детским домом.

Но чем все закончилось, неизвестно – Дмитрий перестал выходить на связь, закрылся.

“Мы столкнулись с тем, что не знаем, как ему помочь, – Татьяна Смирнова признается, что ей тяжело вспоминать эту историю. – Если бы Дима пошел работать официально, то потерял бы выплаты по потере кормильца. Мы первое время помогали ему продуктами, но финансовую проблему попросту не могли решить – мы некоммерческая организация.

Наверное, он оборвал с нами связь от обиды или от отчаяния. Я беспокоюсь за него. Они бывают разные, эти ребята. Есть те, кто выходят из детдомов и ничего не хотят: быстро попадают на скамью подсудимых или же погибают, потому что не могут толком социализироваться.

А Димка из тех, кто мог бы самостоятельно существовать и работать, понимаете? У него большое желание жить”.

Корреспонденту Настоящего Времени Дмитрий признался, что не хочет разговаривать на тему долга, но разрешил опубликовать свое фото. На вопрос, все ли у него сейчас в порядке с жильем, отрезал: “Нет”. Больше на сообщения Дима не отвечал.

Читать далее

Корреспондент Настоящего Времени узнала, как люди попадают в систему ПНИ, почему их оттуда не получается вы…

Белорусская семья, медсестра из Украины, священники-эмигранты в Париже. Настоящее Время и Еврейский музей и…

Источник: https://www.currenttime.tv/a/orphans-debts/30454716.html

Опытный сыктывкарский педагог Александр Петрович Чуднов рассказал «Трибуне» о том, как в республике грабят сирот. Причем это дело поставлено, что называется, на конвейер…

«Это беспредел!»

— Мои воспитанники, сегодня уже взрослые люди, обратились ко мне за помощью. С их банковских карт, куда приходят стипендии, пенсии, пособия, вдруг «автоматически» стали списывать деньги.

Оказалось, что это долги за коммуналку в квартирах, где живут их биологические родители, — говорит Александр Петрович. — Беда в том, что этих горе-мамаш и папаш давно лишили родительских прав. Мальчишки с 4-5 лет воспитывались в интернате. При живых родителях они фактически сироты.

Теперь живут кто в общежитии колледжа, кто у знакомых. Порой на лето общежитие закрывают на ремонт, ребят выгоняют. А куда 19-летнему парню деться? И жилья нет, и денег на еду — списали с карты. Я, как могу, их поддерживаю.

Но ведь так обирать сирот — это беспредел!
Беда еще и в том, что многие из этих ребят не социализированы. После интерната им трудно привыкнуть, освоиться в «обычном» обществе. Зачастую они абсолютно беззащитны.

Жилье есть — жить негде

Когда непутевых мамаш и отцов лишают родительских прав, их дети сохраняют право на долю собственности (в неприватизированном жилье — право пользования жилым помещением) в квартире родителей. Так — по закону.

Но в реальной жизни происходят жуткие вещи…«Трибуна» уже рассказывала историю сироты Маши, которую мать бросила в годовалом возрасте, узнав, что малышка нездорова. Маша выросла в интернате. В материнской трехкомнатной квартире девочке по закону принадлежала доля (одна комната). Но, повзрослев, воспользоваться своим жильем Маша не смогла.

Кроме пьющей матери, там проживали ее сожитель-рецидивист и братья-наркоманы. Там по сути был притон, в котором пьянствовали, устраивали дебоши, драки. Что стало бы в этих стенах с робкой девушкой-инвалидом?Разменять квартиру, чтобы получить свою долю, Маша не могла. Горе-родственники накопили космические долги по ЖКУ.

И пока их не погасишь, продавать или менять жилье нельзя. Алкоголики платить не собирались. Но где девушке взять такие деньги?

Вот так и получается: формально жилье у сироты есть, а реально жить негде.

Семь «квадратов»

После обращения Чуднова в редакцию «Трибуны» пришел и его 19-летний воспитанник Денис Петров (здесь и далее фамилии сирот изменены по этическим соображениям).— Я с пяти лет рос в интернате, — рассказал Денис. — Сейчас учусь в колледже. Живу пока у знакомых. У меня тоже списали с карты деньги.

Первый раз списали в прошлом году около 40 тысяч, и сейчас я опять на сайте службы судебных приставов значусь должником по ЖКУ. При этом в суд меня никто не вызывал, ни о чем не извещал.Мы вместе с Денисом посмотрели сайт — это была правда.— Про отца мне ничего неизвестно, — продолжил Денис, — мать лишена родительских прав.

Живет она в малосемейке. У нее одна комната. Я тоже там прописан, хотя и не живу, раньше даже и не бывал там. Она алименты на меня подолгу не платила, так как не работала. Недавно я приходил к ней, хотел встретиться, но не застал. Соседи сказали, что она пьет и дома не бывает. Тогда я обратился в управляющую компанию.

Там сказали: «Ты собственник? Плати!»В комнатушке малосемейки «доля» Дениса — всего-то 7 «квадратов». Жить под одной крышей с чужой женщиной, которая его предала, Денис не станет. Но и разменять комнатушку нельзя. 19-летнему парню, конечно, обидно, что он оплачивает чужие долги, позволяющие кому-то пьянствовать и бродяжничать.

А сколько таких ребят по всей республике?

Парнишка, с тебя — миллион!

— Облапошить сирот очень просто, — убежден педагог Александр Чуднов. — Ведь среди них есть и умственно отсталые, и аутисты. Какое здоровье могли дать им пьющие родители? Эти ребята не способны себя защитить.И привел еще один пример. Среди его воспитанников — братья Федотовы.

Их мать лишили родительских прав в 2002-м году, а четверых мальчишек — мал мала меньше — отдали в детдом. За ними сохранилось право пользования жилым помещением. «Помещение» — частично благоустроенная квартира в старом деревянном доме в поселке под Сыктывкаром. Теперь парни один за другим взрослеют, и с банковских карт у них списывают деньги.

При этом их «доля» в грязной, запущенной квартире — по 4-5 «квадратов» на каждого. Про суды и долги братья ничего не знали.«Трибуна» обратилась к руководителю одной из управляющих компаний Сыктывкара с вопросом: какова практика решения подобных вопросов?— Таких историй, к сожалению, очень много, — на условиях анонимности поведал руководитель.

— Недавно ко мне приходил такой парень. Он сирота. Рос в детдоме, за ним сохранилась пустующая квартира родителей. Его опекун – дальний родственник – сдавал за спиной ребенка-собственника эту квартиру. Квартиранты деньги платили в карман родственнику, при этом плату за ЖКУ никто не вносил. А ребенок, разумеется, ни о чем не знал.

Когда парень вырос, ему сообщили, что он должен заплатить более миллиона! Квартира отапливалась, обслуживалась, в ней пользовались светом, газом, водой. Ресурсы потребляли, и от этого никуда не деться! Получается, что на сироте наживались чужие люди.

По закону, собственник жилья (или доли) обязан нести расходы на содержание данного помещения, даже если он им не пользуется.

А управляющая компания может и вовсе не знать про статус собственника (сирота он или нет), про то, сколько ему лет, где он находится (в детдоме, в тюрьме, за границей), а уж тем более регулировать отношения между опекуном и сиротой. Выявили должника — обращаются в суд с иском.

Доказывай, сирота, судись!Однако кто станет этим заниматься — беспомощный неприспособленный к жизни инвалид, аутист?

Правозащитница из Воркуты Ольга Зуева еще несколько лет назад предлагала создать механизм, когда пустующие квартиры сирот муниципалитет под свою ответственность отдает под временное жилье до совершеннолетия сироты. При этом жильцы обязаны будут не только платить за ЖКУ, но и содержать квартиру в достойном виде. Со своей инициативой она обращалась всюду, писала и в Москву, но… воз и ныне там.

Это незаконно

Ситуацию комментирует начальник отдела по делам несовершеннолетних и молодежи Прокуратуры Республики Коми Вера Тучнолобова:— За каждой такой историей стоит судьба конкретного человека. Поэтому надо разбираться индивидуально, предметно. Важны детали. Общего решения тут нет.

Однозначно лишь то, что за период нахождения в детском доме платежи за пользование жилым помещением и жилищно-коммунальными услугами несовершеннолетнему (как правило, это со-собственник, он владеет частью помещения) не могут быть начислены. Поэтому давние долги, которые копились много лет, пока ребенок рос, ему нельзя предъявлять. Это незаконно.

Ведь он находился на полном гособеспечении, в силу возраста он не может и не должен отвечать за долги.Следить за ситуацией с жильем и начислением долгов должен опекун ребенка (это либо конкретный человек, родственник, либо детское учреждение, где находится сирота).Если деньги списали незаконно, вернуть их можно через суд.

Совет тут один — всем бывшим воспитанникам, которые попали в такую ситуацию, за защитой своих прав нужно обратиться в прокуратуру.

Людмила КУДРЯШОВА.

Источник: http://www.tribuna.nad.ru/poka-rebenok-podrastaet-v-detskom-dome-rastut-i-ego-dolgi-za-kommunalnye-uslugi/

Как сироты выплачивают сотни тысяч за квартиры, в которых никогда не жили

Как быть с долгами за квартиру ребенка сироты?
МОСКВА, 16 июл — РИА Новости, Мария Семенова. Множество воспитанников детдомов, едва покинув стены казенного учреждения, становятся должниками. С них пытаются получить десятки, а то и сотни тысяч рублей.

Это долги за услуги ЖКХ, накопившиеся у родственников, годами не вносивших квартплату.

И хотя по закону с граждан нельзя взыскивать задолженности, которые сформировались до их совершеннолетия, на практике суды часто не смотрят на возраст.

Пятеро в одной комнате

Когда в двадцать лет выпускник детского дома Александр Смирницкий из Мурманска пришел менять паспорт, он внезапно обнаружил, что обязан выплатить местной управляющей компании 84 тысячи рублей. За квартиру, где был прописан, но никогда не проживал.

По словам Александра, в процессе выдачи документа сотрудники паспортного стола решили проверить, не числится ли за сиротой долгов. И тут молодого человека ждал неприятный сюрприз. «У меня даже ключей от этой квартиры нет. Это нечестно», — возмущается он.

В детстве у него была семья — пять человек (мать, отец и трое детей) ютились в маленькой комнате в коммуналке. Недвижимость принадлежала матери, но долг, который судебные приставы пытались взыскать, — за квартиру отца, где Смирницкий никогда не был.

Почему вся семья не перебралась из коммуналки в квартиру (ту самую, где зарегистрирован Саша), выпускник детского дома не знает. «Там прописана сестра отца, может быть, она там жила со своей родней. Мне никто не говорил, а я не спрашивал», — объясняет он РИА Новости.

Саша точно не помнит, когда его родителей лишили прав. «Мне было шесть или семь лет», — добавляет он. Из комнаты в коммуналке переехал в детский дом. В разбор причин, из-за которых его изъяли из семьи, молодой человек старается не углубляться. «Были проблемы с деньгами, родители пытались прокормить нас троих. Вот такое семейное положение», — объясняет Александр.

Когда умерла мать, он стал получать пенсию по потере кормильца, которая аккумулировалась на банковском счете, — именно эти деньги собирались конфисковать в качестве погашения долга за коммунальные услуги.

Смирницкий обратился за помощью в «Заполярье без сирот» — некоммерческий проект, помогающий осиротевшим подросткам и приемным семьям. В организации ему нашли наставницу, которая помогала во всех бытовых вопросах, в том числе и связанных с жильем. В результате судебный приказ о взыскании долга удалось отменить.

Задолжали шесть миллионов

Проблема «сиротских долгов» периодически возникает почти во всех регионах России.

Так, в конце прошлого месяца городская управа Калуги сообщила, что по состоянию на 1 июня долг детей-сирот за услуги ЖКХ составил около шести миллионов рублей.

Отмечалось, что это статистика только по несовершеннолетним, которые находятся в детском доме или под опекой. В данном случае речь идет о детях, зарегистрированных в квартирах кровных родственников.

Начальник регионального отдела по защите прав несовершеннолетних Владимир Маймусов пояснил: раньше органы опеки сообщали управляющей компании о том, что ребенок не проживает в квартире, и долг переставал начисляться. Сейчас сигнала от чиновников недостаточно.

Управляющая компания, выставляя счет за квартиру, ориентируется только на показания счетчиков. И если в квартире живут родственники, месяц за месяцем игнорирующие платежки, в числе должников оказывается и воспитанник детдома.

В результате, достигнув совершеннолетия, сироты вынуждены гасить долги своих беспечных родных.

Специалист по профориентации калужского центра помощи детям «Старт в будущее» Инна Бабалян рассказала РИА Новости, что это массовая проблема. Часто сиротам приходится платить за квартиры, к которым они не имеют никакого отношения: они там прописаны, но не живут. И если их очередь на жилье от государства еще не подошла, сменить место регистрации они не могут.

“У нас есть подопечная, на которую повесили долг за квартиру матери, лишенной родительских прав. Сама она там не живет — стоит в очереди на жилье, но прописана и выписаться пока не может. Получается, выхода нет.

Это частая проблема, которую очень сложно решить законодательно. Ребята вынуждены либо жить с долгами, либо платить их.

Есть вариант потребовать разделения на всех, кто прописан, и таким образом уменьшить сумму, но не припомню, чтобы удавалось добиться отмены”, — комментирует Инна Бабалян.

Впрочем, порой долг возникает и по вине выпускников детских домов. Молодые люди зачастую не знают простейших бытовых вещей. Так, Борис Е. из Москвы некоторое время жил у друзей, а квартира, доставшаяся ему от отца, пустовала.

Он был уверен, что не должен платить по счетам, поскольку не пользуется коммунальными услугами. В результате молодой человек, который к тому времени успел обзавестись женой и ребенком, узнал, что задолжал коммунальщикам более ста тысяч рублей.

Для Бориса это огромная сумма.

“Это незаконно”

Многие вчерашние детдомовцы безропотно выплачивают чужие долги, не придавая этому большого значения. Дело в том, что к восемнадцати годам у них на счету может скопиться круглая сумма. Если один из родителей умер, ребенку назначается пенсия по потере кормильца. В случае смерти обоих родителей выплаты увеличиваются вдвое.

https://www.youtube.com/watch?v=mO0CXV0zEAQ

А вот дети, чьи родители живы, но лишены прав, должны получать алименты. Однако множество семей их попросту не платит, и если ни у отца, ни у матери нет белого дохода, взыскать средства в пользу ребенка практически невозможно. Покинув детский дом, молодой человек начинает самостоятельную жизнь с мизерными средствами. В этом случае даже пять тысяч долга за услуги ЖКХ — непосильная сумма.

Руководитель отдела развития «Заполярья без сирот» Дарья Архипова рассказала РИА Новости, что ребенок-сирота оказывается должником, если он прописан в пустующей квартире скончавшихся родителей либо в доме матери или отца, лишенных родительских прав.

“Если квартира ребенка пустует, пока он находится в детском доме, долг копится вполне легитимно. А вот если у него статус сироты и он прописан на жилплощади мамы или папы, лишенных родительских прав, то по закону ему полагается отдельная квартира после совершеннолетия.

Такой ребенок ни до, ни после восемнадцати лет не несет ответственности за оплату коммуналки. Но в некоторых регионах детей заселяют в такие квартиры. А поскольку выпускники детдомов не всегда знают свои права, на них сваливаются все долги, в том числе и те, что накопились до совершеннолетия.

Это незаконно”, — уточняет общественница.

С этим сталкивается каждый второй

Дарья Архипова испытала на себе подобную несправедливость: ей и ее сестре вменяли коммунальные долги, накопившиеся до их совершеннолетия. Они смогли это опротестовать.

“Коммунальные службы подают в суд на всех прописанных в квартире, а там не особо разбираются, совершеннолетние это лица или нет. Допустим, в доме зарегистрировано пять человек и никто не платит за услуги ЖКХ.

Суд назначает солидарную ответственность на всех, но приставы находят только одного: выпускника детского дома. Его банковский счет арестовывают.

У ребят в такой ситуации много вопросов, они не понимают, что происходит, и выплачивают долги, которые не должны платить”, — описывает ситуацию Архипова.

Именно поэтому благотворительные организации следят за судьбой сирот, которых они сопровождали в детском доме. Сразу же после выпуска общественники ищут их в базе службы судебных приставов.

“Никто не считал, но, если прикинуть на глаз, такая проблема есть примерно у каждого второго выпускника детдома. Другой вопрос, что у кого-то долг пять тысяч рублей, а у кого-то — сто пятьдесят тысяч.

У меня в прошлом году было пять человек на сопровождении, трое из них оказались должны ЖКХ. У одного долг в девять тысяч — ему повезло, спохватились быстро. Второй ушел в армию, сразу не заметили — в результате восемьдесят шесть тысяч рублей арестовали.

Третий получил жилье от государства, потому что квартира, где он до этого был прописан, не подходила по метражу.

Никто не передал информацию в управляющую компанию, что он больше не зарегистрирован по старому адресу и не является собственником, в результате сообщили приставам. Мы вовремя это увидели, объяснили ситуацию, подали апелляцию. Проблема разрешилась”.

Доктор юридических наук Людмила Айвар подтвердила РИА Новости, что взыскание с выпускников детского дома долгов, которые накопились до их совершеннолетия, незаконно.

“Этот долг возник в связи с проживанием других родственников. Ребенок не может отвечать за действие или бездействие взрослых членов семьи.

Обязанность оплачивать коммунальные платежи у него возникнет, только когда он вселится в эту квартиру”, — подчеркнула она.

Источник: https://woman.rambler.ru/other/42502831-kak-siroty-vyplachivayut-sotni-tysyach-za-kvartiry-v-kotoryh-nikogda-ne-zhili/

Могут ли изъять детей за долги по ЖКУ?

Как быть с долгами за квартиру ребенка сироты?

Периодически в прессе появляется информация о том, что у какой-то семьи социальные службы фактически отобрали детей за коммунальные долги. Правда ли это? И почему вопрос изъятия детей как «наказания» за неоплаченные счета стал обсуждаться всё чаще? 

 Иллюстрация: Анастасия Тимофеева

С чего всё началось?

В середине января 2017 года газета «Вечерняя Казань» сообщила, что в Зеленодольском районе Татарстана изымают детей из семей, имеющих долги по оплате электричества и газа.

В декабре 2016 года Глава Зеленодольского района дал письменное поручение выявлять неплательщиков, а затем с привлечением органов опеки изымать несовершеннолетних детей из этих семей.

При этом выяснилось: слова отнюдь не расходятся с делом – в районе в 2016 году из семей неплательщиков временно изъяли и поместили в приют 11 детей.

А раньше такие случаи были? 

Сообщения, что в такой-то семье за долги по оплате ЖКУ изъяли детей и грозят лишением родительских прав, появлялись и раньше.

Ещё в 2010 году сообщалось о многодетной семье Кузнецовых из Москвы, из которой изъяли детей именно за долг за ЖКУ в размере 200 тысяч рублей, и жительнице Колпино Вере Камкиной, у которой забрали детей при долге в 140 тысяч.

В конце 2016 года писали, что изъятие детей грозит семье из Орловской области за долг ЖКУ всего лишь в 30 тысяч, но, как сообщалось позже, Правительство области попытку чиновников забрать детей пресекло. Отметим, что все случаи касаются многодетных семей.

В 2010 году Лига защиты детей сообщала, что существует регулярная практика изъятия детей за коммунальные долги их родителей. Якобы около 120 тысяч детей отбирают ежегодно именно за это. Правда, приведённые цифры никем больше не подтверждались.

Разве закон разрешает изымать детей за долги ЖКУ?

Конечно, нет. Такого закона нет и быть не может.

Почему тогда изымают? Они что — грубо нарушают закон? 

Нет, не нарушают. Когда начинаешь знакомиться с каждой из таких историй, видишь, что чиновники нигде не заявляют, что забирают детей именно за долги ЖКУ. Однако в Семейном кодексе РФ есть статья 77, которая говорит о том, что органы опеки могут отобрать ребёнка у родителей при угрозе его жизни и здоровью.

Обычно ведь люди не платят за квартиру не потому, что не хотят, а потому, что не имеют возможности. Значит, материальные условия у них плохие, значит, возможно, ребёнок голодает, не обеспечен в достаточной степени всем необходимым. К тому же, как известно, неплательщикам отключают услугу, по которой накопились долги – подачу электроэнергии, газа.

Это ещё больше ухудшает жизненные условия ребёнка, и тогда чиновники «спасают» его, поместив в приют.

Значит, случай Зеленодольского района уникален, противозаконен и повториться нигде не может?

Особенность случая в том, что чиновник не постеснялся прямо в своём поручении указать, что детей будут отбирать именно за долги. Такое заявление было неправомерно.

Зеленодольская история получила большой резонанс, а детский омбудсмен РФ Анна Кузнецова подала заявление в прокуратуру по поводу этого поручения. Но на защиту зеленодольского главы встали как его подчиненные, так и некоторые депутаты Госдумы, а прокуратура пока отказала в возбуждении дела.

Защитники чиновника утверждают, что он действовал во благо детей, просто формулировка его поручения вышла несколько неудачной.

Но дети действительно изымались?

Да, детей отбирали. Но теперь чиновники утверждают, что действовали строго в соответствии со статьей 77 Семейного кодекса. Более того, проявляли повышенное внимание и трогательную заботу об интересах детей.

Проблема семей неплательщиков ЖКУ в Татарстане начала бурно обсуждаться зимой 2016 года, когда в Лениногорском районе во время пожара в частном доме погибла мать с шестью маленькими детьми.

Выяснилось, что за два с половиной года до трагедии этой семье без всякого решения суда отключили за долги газ, и с тех пор дом приходилось отапливать с помощью дров и электроприборов, что в итоге и привело к пожару.

Тогда же обнаружилось, что только по одному этому району газ и свет отключили почти тремстам семьям. И это только в одном районе Татарстана, который является далеко не самым депрессивным регионом России. Сколько таких семей по всей стране – даже страшно подумать.

Что касается изъятия детей, то зеленодольские чиновники подтверждают изъятие из семей 11 детей в 2016 году, но уверяют, что это были совершенно необходимые меры для обеспечения безопасности их жизни и здоровья.

Есть ли статистика по изъятию детей из семей должников ЖКУ по всей России?

Такую статистику нам обнаружить не удалось. Зато в начале марта 2017 года в Совете Федерации РФ Елена Мизулина приводила удивительные цифры.

По её словам, ежедневно в России в среднем изымают 134 ребенка, имеющих родителей, из них 6-7% изымают по статье 77 СК РФ, в 2015 году изъято 3444 ребенка.

Общее число детей, изъятых из семей в 2015 году – около 28 тысяч. Все эти цифры — со слов Елены Мизулиной, источника она не назвала.

Что делать, если мне угрожают применением таких же методов?

Если причина угроз – именно долги ЖКУ, то можно и нужно подавать заявление в прокуратуру. Правда, для этого придется получить письменное подтверждение угроз от чиновников, что не так просто. Скорее всего, они опять сошлются на ту же статью 77 СК РФ, а изъятие детей представят как помощь семье и заботу о здоровье ребёнка.

Семья, накопившая долги, часто нуждается в комплексной помощи, бывает, что в ней есть и другие серьёзные проблемы (безработица, болезнь одного из членов семьи, проблемы с алкоголем или наркотиками, недостаток социальных компетенций, что часто встречается, например, в семьях выпускников детдомов, которых, в свою очередь, когда-то изъяли из семей). Так что изъятие детей, мягко говоря – не метод, метод – помощь многодетной семье, но это непросто, и у государства пока не получается.

Что же делать?

Лучший способ избежать проблем с долгами ЖКУ – не накапливать их, а уж если они появились – не бездействовать, а договариваться с управляющей компанией о реструктуризации долга, пока дело не передали в суд. Практика показывает, что компании готовы идти на такое сотрудничество.

Здесь главное – регулярность выплат и выполнение обещаний. Можно попробовать обратиться в благотворительный фонд, но, скажем честно, за такую помощь фонды берутся крайне неохотно.

Идея взять кредит и заплатить долг по ЖКУ – совсем плоха, тогда вы будете должны банку, который может в итоге вообще лишить вас жилья.

Но попытаться просить помощи все же стоит. Были случаи, когда через соцсети собиралась команда, которая помогала многодетной семье победить долги по ЖКУ и даже сделать ремонт. Такие волшебные истории чаще всего случались в Москве.

В провинции всё сложнее: зарплаты ниже, безработица выше, людей, готовых тебе помочь, меньше, поэтому – смотрите выше (договариваться с управляющей компанией и просить помощи в органах соцзащиты).

Кстати, в том же Лениногорском районе чиновники уверяют, что при росте долгов ЖКХ свыше критической отметки неплательщиков пытаются трудоустроить и реструктурировать их долги.

Также якобы существует договоренность с поставщиками электроэнергии и газа, что они до отключения услуг должны уведомить об этом местные власти, с тем, чтобы те приняли меры для помощи семьям неплательщиков.

А делается ли что-нибудь на законодательном уровне, чтобы помочь семьям неплательщиков ЖКУ?

В начале марта 2017 года в Совете Федерации РФ прошли парламентские слушания, где говорилось о проблемах изъятия детей из семей и о необходимости изменения Семейного кодекса в этом вопросе. Создана Временная комиссия СФ по корректированию СК РФ, Возглавила комиссию сенатор Елена Мизулина.

Сейчас перед комиссией стоит задача анализа практики изъятия детей из семей и оценки правомерности и возможной избыточности такой практики.

Но проблема в том, что немало случаев, когда повод для изъятия детей из неблагополучной семьи действительно есть, а угроза жизни и здоровью ребёнка – несомненна (например, родители не кормят его), но это уже совсем другая история, не про долги по квартплате.

Алиса Орлова

31.03.2017

Источник: https://knowrealty.ru/mogut-li-iz-yat-detej-za-dolgi-po-zhku/

На Урале УК требует с детей-сирот 800 тысяч долга, который остался от их биологической матери

Как быть с долгами за квартиру ребенка сироты?

11-летняя Милена и ее 8-летний брат Андрей живут в Каменске-Уральском. Сейчас у них все хорошо, и, глядя на них, трудно представить, что еще несколько лет назад этим детям приходилось жечь вещи друг друга, чтобы согреться и не умереть от холода в заваленной мусором квартире. Той самой, которую они унаследовали вместе с огромным долгом.

66.RU

Милена и Андрей по краям, а в центре родные дети Алены. Малыши очень быстро нашли общий язык и обожают проводить время вместе.

Биологическая мать и бабушка детей сильно пили, отец в их жизни не участвовал. Ребята то и дело попадали в социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних, так как заниматься их воспитанием особо было некому.

После очередного раза органы опеки и попечительства решили через суд ограничить мать в родительских правах (метод воздействия на родителей назначается в качестве предупреждения, когда нарушения присутствуют, однако для полного лишения прав недостаточно оснований, — прим. редакции), а малышей направить в интернат.

При этом обязательство по финансовому обеспечению детей с нерадивой матери никто не снимал. У нее даже была возможность видеться с детьми, хотя она ею не пользовалась. Кроме того, женщине по закону предоставлялось время, в течение которого она могла исправиться, чтобы отменить наказание.

— Я сама мама трех мальчиков, но нам с мужем всегда хотелось еще и девочку. Так как по состоянию здоровья сама родить я не могла, мы решили взять ребенка из детского дома. Однажды мы пришли и увидели там маленького мальчика. Это был Андрюша.

Он сел мне на коленки, крепко обнял и спросил: «Мама, а когда ты нас с сестрой отсюда заберешь?». Мы заплакали и решили, что они уже наши. Стали забирать их в гости, оформлять документы на опеку, и в 2016 году они навсегда остались в нашем доме.

В 2017 году биологическая мать Милены и Андрея умерла, а детям по закону отошла в наследство ее квартира, кадастровая стоимость которой составляла на тот момент 537 478 рублей. Правда, для жизни эта недвижимость была непригодна. Там отсутствовали окна, радиаторы отопления, электричество, водоснабжение и водоотведение, стены помещения частично разрушены и покрыты копотью и плесенью.

Так квартира выглядит сейчас. Алена с супругом наняли рабочих, чтобы убрать и вынести оттуда весь мусор. В опеке семье выделили 100 тысяч на новую входную дверь и окна.

До принятия наследства Алена обращалась в органы опеки и попечительства с просьбой разрешить детям отказаться от наследства и поставить их на учет для получения квартиры от государства. Однако чиновники ей заявили, что, несмотря на такое состояние имущества, отказ от наследства невозможен.

По словам Алены, после того как дети вступили в право наследования, стало известно о том, что их мать имела задолженность по оплате коммунальных услуг.

Часть долгов перешла к ней в порядке наследования после смерти ее мамы, то есть бабушки Милены и Андрея.

В 2018 году представители ООО «УК Дирекция Единого Заказчика» обратились в суд с заявлением о замене должника правопреемником и взыскании задолженности с несовершеннолетних детей.

По состоянию на 1 июня за квартирой числится задолженность в размере 805365,62 руб., из них 411005,62 руб. — долг за услуги ЖКХ, 379238,57 руб. — пени, 15121,43 руб. — за капитальный ремонт.

66.RU

В платежке указано, что квартира благоустроена.

Справка о задолжности, которую предоставили в Уральском центре расчетного обслуживания.

— Мы попали в крайне тяжелую ситуацию! Судебные приставы возбудили исполнительное производство, в рамках которого почему-то арестованы все мои счета, а с зарплатной карты вычтено 22 тысячи.

Судебный пристав-исполнитель разъяснил мне, что все взысканные с несовершеннолетних детей денежные средства будут взысканы из личных доходов опекуна.

Кроме того, мне заявили: «зачем ты их из интерната вообще забирала».

Алена считает, что сложившаяся ситуация нарушает ее гражданские права и права ее детей — как родных, так и опекаемых. Никакого отношения к квартире и, соответственно, долгам она не имеет, так как не является наследником.

В Управлении социальной политики города журналистам 66.RU рассказали, что уже начали разбираться в проблеме Алены и взятых ею на попечение детей.

— Первое решение суда было, к сожалению, составлено неверно. Позже было правильно подано апелляционное обращение, где была заменена сторона должника. То есть долг действительно перешел на двух детей, которые вступили в права наследования.

На тот момент отказаться от вступления в право наследства они действительно не могли. Сейчас нет специалиста, поэтому я не могу сказать, почему долги не были расписаны, реструктурированы и почему не было принято решение о погашении долгов из доходов детей — пенсий. По 1000 и 500 рублей, например. Такая практика есть.

По закону опекун не должен платить долги, ведь он не является собственником.

Чиновница отметила, что ее подчиненных почему-то никто не уведомлял о судах. Сейчас единственным выходом из ситуации, по мнению управления соцполитики, может стать продажа жилья. Так долги можно компенсировать.

(Кстати, по словам Щевелевой, нигде нет актов, которые говорили бы о том, что квартира находилась в непригодном для жизни состоянии. По документам и дом в порядке). Но для начала нужно выходить в суд и уменьшать пени.

Ольга Щевелева отметила, что была не в курсе того, что сумма задолжности возросла в два раза и дошла до 800 тыс. руб. В их внутренних документах все остановилось на сумме в 411 тыс.

Алене вручили справку, благодаря которой ее счета можно будет разблокировать. Правда, списанных 22 тысяч уже не вернуть.

— Может, они не считали ситуацию запущенной и думали, что их участие не потребуется. А тут такое, я начала активно действовать. В УК «ДЕЗ» нас встретили менее радушно.

Из приемной директора проводили к сотруднице, которую представили пресс-секретарем.

Устроить нам встречу с руководством та отказалась, мотивируя тем, что время приемов расписано, и заодно отказалась предоставлять какую-либо информацию без письменного запроса.

Тогда мы с Аленой зашли в отдел по работе с должниками, куда женщина неоднократно приходила с просьбой реструктурировать ее долг. Там мы застали юрисконсульта компании, которая участвует в судебных процессах по взысканию с детей долгов.

66.RU

— Пусть напишет заявление и укажет причины, по которым может быть перерасчет. А почему вам не оказать ей материальную помощь? Почему мы должны платить? Мы предоставили услуги, а теперь как нам сделать этот перерасчет и на основании чего? Если у нее есть такие основания, то пусть обращается. Нам эти деньги никто не вернет. Я не собираюсь комментировать решение суда, не имею права.

В ближайшее время Алену ждет очередной суд. «Когда было первое разбирательство, я думала, что все быстро решится. Ведь мне казалось, что нельзя по закону и без того обездоленных детей обирать», — сказала Слободчикова.

66.RU

Управляющая компания разделила долг на части и на каждом заседании заявляет новую сумму. Причем слушания, по словам Алены, проходят в разных судах. Вот одно из последних решений, после которого счета многодетной матери-опекуна заблокировали.

Дети чувствуют переживания своей мамы и поэтому стараются подбадривать ее приятными сюрпризами. Например, подкладывают под подушку конвертики с пожеланиями или дарят рисунки.

66.RU

Юридическая справка

Екатеринбургский юрист Екатерина Малиновская считает, что у детей и их матери-опекуна есть шанс отбить в судах все долги. В ее ситуации нужно разбираться детально.

Согласно Гражданскому кодексу (ст. 196), срок исковой давности по долгам, в том числе коммунальным, составляет три года. Другими словами, в 2019 году собственник жилья должен оплачивать квитанции, получаемые с 2016 по 2019 год. Требования обслуживающей УК заплатить по ранее выставленным счетам не обоснованы.

Обычно юристы управляющих компаний подают иски на возврат долга в полном объеме, невзирая на сроки давности. В таком случае ответчик должен направить в суд ходатайство с просьбой выплачивать средства за 3 года, ссылаясь на ст. 199 ГК РФ. При отсутствии такого заявления высшая инстанция обяжет гражданина провести полное погашение взносов.

Если в течение трех последних лет была произведена хотя бы одна оплата, срок исковой давности начинается с даты внесения этого платежа. Если вы платили хотя бы часть суммы, суд может отклонить ваше ходатайство, так как посчитает, что вы признали долг.

Законом не запрещено отказываться от наследства. Чтобы это сделать, опекуну нужно оценить, насколько эта сделка выгодна подопечному (с учетом всех факторов), и лишь затем решить, принять наследство или воздержаться от этого.

Орган опеки должен следить за ходом событий. Он не вправе, например, заставить опекуна принимать наследство, а может лишь сам обратиться в суд с требованием о признании права собственности за подопечным.

Но это скорее исключение, чем правило.

Екатерина Малиновская советует Алене добиться организации межведомственной комиссии, которая смогла быть дать оценку унаследованной детьми квартиры и дать заключение о том, что она не благоустроена, находится в антисанитарном состоянии и не соотвествует положенным нормам. Это докажет, что несовершеннолетние, хоть юридически и обеспечены жилым помещением, фактически лишены возможности в нем проживать — это нарушение их прав как сирот.

В таком случае органы опеки могут поставить их в очередь на получение нового жилья от государства.

Источник: https://66.ru/news/society/224234/

Юр-Центр Консульт
Добавить комментарий